Памяти Юрия Самсоновича Кирзнера

О ЮРИИ САМСОНОВИЧЕ КИРЗНЕРЕ

Лев Свердлин

С Юрием Самсоновичем я впервые познакомился в далеком 1960 году, когда, после окончания инстигута, он был принят в архитектурно- планировочную мастерскую №2 Ленгипрогора в качестве инженера по городскому транспорту. Я тогда в некоторой степени был уже аборигеном этой организации, работая с 1956 года по той же специальности в мастерской №1. Насколько я помню, его участие в разработке различных планировочных объектов вполне удовлетворяло руководство мастерской. Был даже такой случай, когда он выиграл внутренний конкурс на транспортную развязку в разных уровнях, которую надо было вписать в сложные условия городской среды. В Ленгипрогоре Юра пробыл сравнительно недолго — ушел в аспирантуру, и через положенное количество лет успешно защитил кандидатскую диссертацшо.

Наши контакты возобновились лишь в 1970 году при следующих обстоятельствах. В 1968-69 годах в городских руководящих кругах возникла идея организации в Ленинграде научно-исследователъского института городского пассажирского транспорта. Но, как это часто бывает, по финансовым соображениям, ограничились созданием Отдела городского пассажирского транспорта при Ленфилиале Научно- исследователъского института автомобильного транспорта (Ленфилиал НИИАТ) с четырьмя лабораториями. Естественно, возник вопрос укомплектования этих лабораторий соответствующими кадрами. Назначенный началышком этого нового отдела, бывший директор танкового завода полковник в отставке Захар Львович Коминаров и его эмиссары развернули бурную деятельность, в результате чего четыре кандидата технических наук возглавили: Ю.С. Кирзнер — Лабораторию перспективного развития городского пассажирского транспорта (ГПТ); Л.И. Свердлин — Лабораторию организации пассажирских перевозок; М.В. Зенгбуш — Лабораторию пассажиропотоков и Е.М. Лисенков — Лабораторию организации движения ГПТ. Вот в таком качестве мы сотрудничали с Юрой до 1984 года.

Именно, сотрудничали, симпатизируя друг другу в чисто профессиональном отношении, ибо друзьями, в полном смысле этого слова, мы не стали, частично в силу того, что у него был довольно замкнутый характер, не допускавший в сферу его личной жизни и личных проблем. Но о проблемах науки и практики в области ГПТ и урбанистики в целом, мы могли разговаривать часами.

Внешность Юрия Самсоновича не предполагала у незнающего его собеседника соображений, что перед ним находится мощный интеллектуальный субъект. Стройный‚ подтянутый, почти всегда приезжающий на работу на велосипеде, человек выглядел в те годы несолидно, юношей, но стоило ему только заговорить, как тут же проявлялись широта и энциклопедичность его познаний, особое видение научной стороны транспортных задач. Каждое его выступление на научно-техническом совете Ленфилиала НРШАТ, многочисленных конференциях и семинарах отличалось ораторской яркостью, точностью формулировок, теоретической обоснованностью и даже некоторым терминологическим щегольством. Современный читатель этих строк, быть может, будет иронизировать и даже подсмеиваться над тем, что впервые из уст Юры я усльпцал на каком-то Совете такие слова как «парадигма» и «тренд». Но надо сказать, что эти и многие другие «заграничные» словечки, приобщавшие нас к общемировой научной терминологии, не просачивались тогда за «железный занавес и не приветствовались, а Юрий Самсонович умел прорываться сквозь этот занавес. Даже по названиям некоторых, опубликованных им статей можно проследить прелесть его научного щегольства, которую он сохранил до последнего периода своей жизни. Например: «Гиперкуб состояний пассажирской транспортной системы города» (2006 г.) или «Терпима ли существующая парадигма транспорто- градостроительного типирования или уже нет (заметки и соображения)» (2014 г.). Но за этими названиями стоят глубочайший анализ состояния и прогнозирование путей развития информационной базы ГПТ, раскрываются возможности ее использования в градостроительной практике для повышения качества транспортного обслуживания населения. Читая эти и другие его публикашш, с восхищением соприкасаешься с мыслительным процессом зрелого мастера и талантливого научного работшша.

Талантливый человек талантлив во многом. Как-то мы с ним ехали в трамвае, и он читал наизусть огромные отрывки из «Евгения Онегина». Оказывается, он поставил себе задачу выучить всю поэму наизусть. Он и сам сочинял остроумные стихи «на злобу дня» и под аплодисменты читал их на наших праздничньш сборищах. Юрий Самсонович прекрасно владел немецким языком, совершенствовался в английском. Он первым из нас овладел компьютером и самостоятельно печатал на нем научные отчеты, в то время как остальные все еще пользовались услугами машбюро. Недавно, зайдя на его сайт, я узнал, что он в 1990-е - 2000-е годы занимался широкой общественной деятельностью и увлекался фотографией любимых уголков Петербурга.

Мы с ним сосуществовали в полном творческом взаимопонимании и уважительном отношешш к профессиональным качествам друг друга. Но, к сожалению, в 1982 году между нами возник конфликт, во многом вызванный Юриной бескомпромиссностью. Примерно в 1974 году Коминарова сменил новый начальник нашего Отдела, тоже полковник в отставке из Академии Тыла и транспорта, Михаил Константинович Загадский. Что Коминаров, что 3агадский, сами по себе, весьма приличные люди, были совершенными профанами в области городских транспортных систем, не говоря уже об урбанистике, и нам приходилось как-то приобщать их к пониманию хотя бы азов нашей деятельности. Их некомпетентность раздражала, особенно, Юрия Самсоновича. В 1982 году он обратился ко мне с предложением поучаствовать в отстранении Загадского от руководства Отделом. А несколькими годами ранее Юрий вступил в компартию. Зная его идеологическую платформу и острый аналитический ум, я не думаю, что этот шаг был продиктован убежденностью в коммунистических догмах. По-видимому, он считал, что членство в партии даст ему больше возможностей влиять на подбор руководящих кадров Отдела. Но это лишь мои досужие домыслы. На его предложение я ответил, что и этого полковника вероятнее всего заменят на другого, и нам придется нового опять обучать, а Загадский — порядочный человек, и хотя бы нам не мешает работать. Юра не послушался, продолжал бороться, и в конце концов, его «выдавили» из института, не найдя другого способа, как закрыть его лабораторию в 1983 году. Отношения между нами, естественно, охладились.

После этого Юра какое-то время работал в ЛНПО «Вымпел», где в 1984-85 годах руководил разработкой Целевой комплексной программы по улучшению обслуживания населения Ленинграда городским пассажирским транспортом. Я был у него там пару раз по делам. В 90-х, начале 2000-х годах Юрий Самсонович перестал искать постоянных мест работы и перешел на положение «свободного художника» или, как он сам себя называл, Ргіvаtе Реrsоn. В последние 10 лет Юра ограничивался временными приработками. Особенно продуктивным было его сотрудничество с ООО «Лаборатория градопнланирования», возглавляемой незабвенным Михаилом Любомировичем Петровичем. Встречались мы с Юрием Самсоновичем довольно редко, в основном, на конференциях и семинарах. На них Юра по-прежнему выступал красиво и емко. Он сохранил свою природную стать, но до неузнаваемости отрастил бороду и усы. Наши беседы носили главным образом профессиональный характер. С его стороны даже прослеживалась некая теплота и нескрываемое уважение ко мне. Это выражалось и в его лестных отзывах о моих публикациях. Такого не ценить и забыть нельзя.

В последний раз мы повстречались в конце сентября 2015 года в Доме Архитектора, где прощались с Мишей Петровичем. После гражданской панихиды, вышли на улицу и хорошо поговорили у входа в ожидании похоронного автобуса. Юра вдруг проговорил: «Что-то с головой у меня не в порядке?!». Я не придал тогда этому значения, так как через мштут десять он бодро прошел к автобусу, чтобы проводить Мишу дальше. А зря! Не прошло и четырех месяцев, как совершенно неожиданно пришло сообщение о кончине Юрия Самсоновича. Эта утрата надолго выбила меня из колеи. Досадно, что уходят в небытие такие профессионалы и яркие личности. Остается надеяться, что память о нем надолго сохранится в его блестящих работах и в сердцах тех, кому посчастливилось с ним общаться.

Февраль 2016 г.

От научного редактора:
В моем архиве сохранился документ, имеющий отношение к нереализованному замыслу Юрия Самсоновича. Воспроизвожу его в сокращении, опустив конкретные замечания и предложения.

Заключение 110 по плану-проспекту книги Ю.С.Кирзнера
«Прогнозирование и планирование развития городского
пассажирского транспорта»
1.Тему книги считаю весьма актуальной. В условиях, когда в стране отсутствует журнал по проблемам развития транспортных систем городов, издание монографий и сборников статей является единственным способом ознакомления практически работников с современными методами расчетов.
2.Автора книги —Ю.С.Кирзнера — знаю как одного из самых серьезных исследователей вопросов прогнозирования развития транспортных систем городов. Отличительной особенностью его исследований является доведение вьшолненных работ до практической реализации (разработка алгоритмов, программ, их внедрение).
...
Для иллюстрации основных положений автор книги предполагает привести в ней расчетные примеры. Следует (по возможности) сделать сквозной пример.
Вывод: Книгу Ю.С.Кирзнера «Прогнозирование и планирование развития городского пассажирского транспорта» объемом 12,5 а.л. рекомендую к печати.
Рецензент — доцент, к.т.н. С.А.Ваксман
15.03.1978

Жаль, что замысел не был реализован. А ситуация, отмеченная в Заключении, продолжает иметь место как и почти 40 лет назад.


© S.Waksman, 2002